Рейтинг@Mail.ru AllBest.Ru Рейтинг эзотерических сайтов TopCTO Литература Литература
Электронный Книжный Магазин.Теперь Вы имеете возможность не только прочитать у нас книгу в электронном виде, но и купить её бумажный вариант для домашней библиотеки.
 
Форум - Здоровый образ жизни
Разговоры на общие темы, Вопросы по библиотеке, Обсуждение прочитанных книг и статей,
Консультации специалистов:
Рэйки; Космоэнергетика; Учение доктора Залманова; Йога; Практическая Философия и Психология; Развитие Личности; В гостях у астролога; Осознанное существование; Фэн-Шуй, Обмен опытом и т.д.


Калашников Максим, Крупнов Юрий - "Гнев орка"   

ГЛАВА 20
Вечный рейх новых кочевников

Весной 2002 года корреспондент газеты, в которой работает один из авторов книги, принес кошмарный материал. Информаторы вывели его на женщину-биофабрику, женщину-рабыню.
Ей было всего 22 года, но тело уже расплылось, а лицо, казалось, принадлежит сорокалетней. Когда-то милая провинциалочка с изящной фигуркой, она приехала в Москву поступать в институт, но провалилась на экзаменах. Очень скоро она стала добычей молодого мерзавца, который сначала влюбил ее в себя, обрюхатил - а потом предложил сделать аборт на очень большом сроке. За две тысячи долларов. Так, чтобы ее неродившегося ребенка пустили на биоматериалы в одной из приватизированных клиник Москвы. Там из этого плода сделают очень дорогие препараты для сверхбогатых и заработают несколько сотен тысяч. Всего лишь на одной-единствен-ной "биологической рабыне". А тот, от кого она беременела, работал на врачей-убийц, завлекая в их сети русских девушек.
"...На четвертой неделе срока меня пригласили на обследование в клинику в Филях, сделали ультразвук и дали денег на питание и на другие нужды. Получалось где-то по 200 долларов в месяц.
Мы договорились, что ближе к сроку мне позвонят и назначат число для проведения операции. Первое время я просто сидела дома и ничего не делала, беременность проходила достаточно легко и особых хлопот не доставляла. Я устроилась работать в коммерческую палатку недалеко от дома, появились лишние деньги. Ближе к моменту аборта начались истерики. Я не могла свыкнуться с мыслью, что моего ребенка пустят на какие-то там исследования. Перед абортом я уже точно решила оставить ребенка, но когда я сообщила об этом Сергею (он иногда звонил, справлялся о моем самочувствии), он пришел в ужас. "Ты что, дура, совсем не понимаешь, с кем ты связалась? Аборт тебе и насильно сделают, а вот потом уберут как возможного свидетеля!" Тогда мне стало страшно, и я передумала оставлять ребенка, больше у меня мыслей на этот счет не возникало.
С тех пор прошли уже почти пять лет, я вынашивала зародышей до 6,5 месяцев, мне делали аборт, я снова вынашивала, снова аборт. Сейчас я отдыхаю после своей уже шестой по счету беременности. Следующая - будет последней. Больше мой организм уже не выдержит. Гинеколог сказал, что я уже никогда не смогу доносить ребенка до рождения..."
Это не курьез, читатель, не выдумка досужего репортера.
Это - глубоко закономерное явление нового антимира Глобализации. Антимира, который установится после победы Античеловечества над Человечеством в начавшейся сейчас мировой войне. Это - то, что ждет всех нас в Вечном рейхе нсвых кочевников. Просто первой страной, которая целиком попала в лапы новых кочевников, стала Россия, и в ней сегодняшней видны черты общего будущего. Того, в котором нынешняя мировая война закончится победой самого страшного врага. Интересно, а что ждет мир, если в Пятой мировой победит Вечный рейх?
Грядет, читатель, эпоха безукоризненного, лощеного, постиндустриального фашизма. Время Ее Величества Глобализации, где гражданами мира первого сорта станут "самые демократические" и "рыночные" нации стран Запада, а все остальные - всего лишь рабочей скотиной, расходным материалом. А еще выше расположатся истинные господа - не знающие родины новые кочевники, финансисты, управители умов, распорядители информационных и денежных потоков. Таков пирамидальный порядок Вечного рейха неокочевников. Порядок неизменный, зацементированный.
Этот ужас воплощается уже сегодня. Есть чистенький, законопослушный и показательно человеколюбивый мир богатых стран, в которых все благопристойно, в которых маньяки, педофилы и охотники за биоматериалом из нерожденных своих детей отправляются на электрический стул или на виселицу. Но у подножия этого мира существует мир нищеты, где закон только один - деньги. За деньги богатые из "чистого" мира, снизойдя в мир "нижний", могут позволить себе все. Вытяжку из эмбриона, выношенного биологической рабыней. Убийство в самой изощренной форме, когда жертву и насилуют, и пытают. Охоту на людей. Разврат с детьми. Человеческие органы для пересадки. Словом, все прихоти богатого постиндустриального господина. Или госпожи. При этом, как и встарь, "нижний мир" продолжит снабжать мир господ потоками сырья, рабочих рук, денег и мозгов, с радостью отдавая тонну нефти за косметический набор с яркой эмблемой.
Но это сегодня. А завтра все станет намного откровеннее. И подвластную массу у подножия западного Олимпа сделают еще более отсталой и бедной. Вы там, внизу, хотите жить в чистом мире? Мы поможем сломать вашу промышленность. У вас будет очень чистая экология и ни копейки денег. Мы вернем вам ваши славные традиции: размытое крепостное право усилим нашим рабовладением, вернем вам надутую и спесивую аристократию. Занимайтесь возрождением славных обычаев кровной мести, межнациональной резни, выкупа за невесту, права первой ночи. Нижний мир специально упростят, сделают искусственно архаичным и насквозь дохристианским.
Наверное, мы увидим сцены сожжения колдунов и еретиков среди остатков космодромов и поросших бурьяном развалин ядерных центров. Новые язычники станут водить хороводы на площадях мертвых городов. А среди одичавших полей станут рыскать шайки новых работорговцев и охотников за людьми и скальпами, которых по совместительству станут называть борцами за национальную независимость. И уже сотни тысяч ваших женщин - существ из низшей касты - станут работать живыми биофабриками.
Страшному миру "чужих" и новых кочевников очень хочется, чтобы в мире было как можно больше суверенитетов. Чем больше их - тем ожесточеннее станут резать друг друга ингуши и осетины, аварцы и кумыки, сикхи и индусы, русские из Москвы и русские-тюменцы. Чем больше суверенитетов - тем больше шаек "суверенных элит" усядутся на шею народов Земли, тем больше тружеников станут гробить свои силы на содержание всяческих князей, президентов и министров уездного масштаба, полевых главарей, их правительств и челяди. Тем меньше сил и средств останется на то, чтобы заниматься наукой, образованием детей или проектами будущего, тем прочнее гарантия того, что никто не сможет посягнуть на власть Вечного рейха, на американскую мощь. Тем легче будет новым кочевникам вить веревки из этих "элит", которые ради пачки твердой валюты или американского гражданства пойдут на любое преступление, на самую грязную измену. Тем удобнее будет высасывать ресурсы Евразии. И тем быстрее нищета, болезни и беспрестанные межнациональные войны станут выкашивать лишнее, ненужное Глобализации население планеты.
Вот она, главная цель нынешней мировой войны, уже пятой по счету. Прислушайтесь к своим ощущениям. Разве вы не чувствуете, как над всем миром повисла тягостная, невыносимая духота, как перед порывом бури? Разве не терзают нас, еще не забывших умение думать самостоятельно, тоскливые мысли и пугающие догадки?
Наступает эра нового фашизма. Необыкновенного109. Глобального. Беспощадного. Поражающего сознание. Беспросветного.
Нравится нам или нет, но Россия, как и весь мир, стоит перед выбором.
Даже безбожно раздуваемый "терроризм" является всего лишь оборотной медалью неспособности стран и народов предложить реалистичный общественный проект и миропорядок в условиях оголтелого навязывания США и "мировой развитой цивилизацией" (фактически - это G7) своей крайне сомнительной модели в качестве самой совершенной и единственной.
Мы уже упоминали в начале книги о программном заявлении Президента США Дж. Буша на его выступлении 1 июня 2002 года перед выпускниками Вест-Пойнта о том, что на конец прошедшего века "выжила и оказалась дееспособной только одна-единственная модель прогресса человечества" ("The 20th century, he said, ended with a single surviving model of human progress") и что Вест-Пойнт является стражем тех ценностей, которые формируют солдат, формирующих, в свою очередь, историю мира" ("The United States Military Academy is the guardian of values that have shaped the soldiers who have shaped the history of the world". - The New York Times, 02.06.2002).
Это формирование или придание формы мировой истории - буквально, по-американски, шейпинг всемирной истории ("shaped the history of the world") - на сегодняшний день является общепризнанным методом ухода от мировых проблем в пространство мировой войны.
Модная в свое время статья Ф. Фукуямы "Конец истории" уже давно отошла на второй или третий план.
Библией организаторов этого странного шейпинга стала книжка помощника министра обороны (заметьте!) и заморских дел Великобритании Роберта Купера (Robert Cooper is Deputy Secretary of the Defence and Overseas Secretariat in the British Cabinet Office Robert Cooper) "Постмодерновое государство и мировой порядок" (The post-modern state and the world order).
Купер считает, что мы живем в эпоху, когда одновременно существуют премодерновые государства, модерновые и постмодерновые, составляющие три соответствующих "мира".
Первый мир - досовременный или премодерновый - представляют типичные "неудавшиеся государства" типа, как указывает автор, Чечни и некоторых республик бывшего СССР, многих других азиатских и африканских государств (уверен, что и РФ он автоматически помещает сюда). В этом мире существуют те, кто еще не научился или уже разучился организовывать наиболее известное в последнее 300 лет национальное государство - современное, или модерновое, по терминологии Купера.
Послесовременный, или постмодерновый, мир характеризуется "полным разрушением различий между внутренними и внешними делами", "взаимным вмешательством в то, что раньше традиционно считалось исключительно внутренними делами и взаимное надзирательство", "отвержением силы как способа для разрешения споров" и т. д.
Но главное состоит в том, что все же, поскольку приходится, по Куперу, выбирать между только двумя типами мирового порядка - гегемонией или балансом, то следует, безусловно, выбрать гегемонию как более надежный и совершенный тип миропорядка и окончательно признать, что то, "что сегодня необходимо - это новый вид империализма, приемлемый для мира прав человека и космополитических ценностей... Империализм, который, как и любой империализм, нацелен на привнесение и обеспечение порядка и организации, но который зиждется на принципе добровольности" ("What is needed then is a new kind of imperialism, one acceptable to a world of human rights and cosmopolitan values. We can already discern its outline: an imperialism which, like all imperialism, aims to bring order and organisation but which rests today on the voluntary principle").
Тем, кто жил в советское время, эффективность сего принципа добровольности, в умелых руках всегда оборачивающегося полной принудительностью, хорошо известен.
Но главным оказывается то, что первой и единственной мировой движущей силой признается гегемония постмодернового мира, которая реализуется с помощью совсем нового, но империализма.
Что же получается? В чистом виде - административно-командная система (выдуманная в 80-е годы идеологами "рыночных реформ", особенно преуспел здесь Г.Х. Попов) в мировом масштабе. Только если наши "аналитики" разоблачали советский строй как состоявшуюся административно-командную систему "в одной стране", то популярные сегодня "аналитики" (а правильнее, конечно, идеологи) Запада утверждают административно-командную систему уже в качестве проекта для всего мира.
Причем проекта безотлагательного, от которого зависит буквально все, поскольку "в модерновом мире продолжается секретная гонка по приобретению ядерного оружия. В премо-дерновом мире интересы организованной преступности, включая международный терроризм, растут существенно масштабнее и быстрее, чем само государство. Может, уже и совсем немного времени осталось" ("That perhaps is the vision. Can it be realised? Only time will tell. The question is how much time there may be. In the modern world the secret race to acquire nuclear weapons goes on. In the premodern world the interests of organised
crime-including international terrorism - grow greater and faster than the state. There may not be much time left").
И в этой ситуации творческой несостоятельности, поистине доктринально-концептуального дефолта нынешних гегемонов всех мастей России, если ее население хочет остаться в истории, необходимо восстанавливать себя в качестве мировой державы.
Слабость нашей страны не может служить возражением против курса на мировую державу. Обобранность и униженность родной страны должны вызывать у нас боль и стыд, раскаяние, а не желание изобретать объяснения и "теории" по поводу "естественности" и "закономерности" сегодняшнего состояния. Нельзя немощь своей страны превращать в повод для позиционной капитуляции и самооправдания своего прямого или косвенного участия в дальнейшем разграблении и уничтожении.
Дальнейшая слабость России - прямой курс на мировую войну, поскольку упорствование в слабости напрямую провоцирует те элиты, которые воображают себя "гегемонами" и "новыми империалистами", на окончательное уничтожение России. Признаваемая слабость и демонстрируемая угодливость рождают соблазн не только окончательно "поставить на место" РФ, но и смело выходить на глобальный простор без опасения встретить препятствие со стороны России.
Россия как мировая держава - это важный фактор сдерживания сил, которые именно в мировой войне видят единственное средство решения общих и частных проблем.
Вопрос о слабости является не предметом высоконаучных изысканий, а тестом на дееспособность элит в самой России. Либо элиты будут консолидироваться вокруг продолжения эксплуатации слабости страны, вокруг извлечения дохода из слабости, униженности и раздробленности власти в стране - либо элиты сумеют поверить в собственную полноценность и способность к мировой политике. И тогда они скажут примерно следующее: "Мы отстали от передовых стран на 50-100 лет. Мы должны пробежать это расстояние за десять лет. Либо мы сделаем это, либо нас сомнут" (И.В. Сталин. "О задачах хозяйственников". Речь на первой Всесоюзной конференции работников социалистической промышленности, 4 февраля 1931. - Правда № 35, 5 февраля 1931). Напомним, что сказавший это ошибся в дате начала войны всего на четыре месяца и семнадцать дней.
Общую ситуацию в мире хорошо отражает заявление профессора Института малазийских и международных исследований (Institute of Malaysian and Inter-national Studies (IKMAS) Ли По Пина, который заметил по поводу идеи "постмодернистского государства" Роберта Купера: "Нам, живущим в Юго-Восточной Азии, следует выступить с новой теорией международных отношений, которая бы исходила из уникальных характеристик Юго-Восточной Азии - либо же принять схему Купера и начать пытаться достичь постмодернового статуса" (Malaysia Star, 08.11.2002).
И нам, живущим в Европе и Азии, следует, полагаю, поступить точно так же.
Речь при этом вовсе не идет об антиглобализме или антиглобализации, как это пытаются нередко представить разные отчаявшиеся или стоящие на страже существующего порядка люди.
Очевидная сегодня для всех пошлость глобализации вовсе не стоит того, чтобы продлевать ей жизнь тратой сил и ресурсов на противостояние ей. Помимо протестных и антисистемных форм действия, существуют еще и на порядок более эффективные внесистемные формы, которые оставляют самим мертвецам хоронить свои мертвые дихотомии типа "глобализация - антиглобализация".
На место глобализации Россия должна выйти с инициативой мироизации, т. е. безусловного признания абсолютного права на самостоятельную мировую политику всех народов, стран, транснациональных и иных сообществ мира, права каждого сообщества строить свой собственный мир как вклад в мироразвитие, как всеобщее дело Человечества и без ущерба для любого иного всеобщего мира. Курс на мироизацию фактически означает требование организации справедливого миропорядка и складывание нового мирового сообщества.
Технологической стороной мироизации должно стать складывание коалиции мироразвития.
И здесь прямым партнером может стать Европа, прежде всего Франция, министр иностранных дел (1998 - май 2002 годов) которой Юбер Ведрин (Hubert Vedrine), к примеру, сформулировал в прошлом году позицию близкую к мироизации.
В своем интервью "Новой газете" и русскому сайту "Монд дипломатию" "За глобализацию с человеческим лицом" г-н Юбер Ведрин ясно заявил: "Я полагаю, что весьма экстравагантно отождествлять "движение антиглобалистов" с террористическими группировками! За исключением нескольких экстремистов или "погромщиков", огромное большинство их руководства и простых членов отвергает насилие и выражает озабоченность, ощущаемую значительной частью населения. Только вот в чем дело: настоящих вопросов они задают немало, но настоящих ответов на них не имеют... Со своей стороны, правительство Франции хотя и не разделяет в обязательном порядке весь их анализ, но старается поддерживать с ними глубинный диалог по сути дела. В Порту-Алегре, а также на заседаниях в Давосе и в Нью-Йорке члены французского правительства защищали те же идеи и выступали за регулируемую и более человечную глобализацию. Я уже сказал в ООН: необходимо продолжить коалицию против терроризма коалицией за справедливый мир" (http://www.monde-diplomatique.fr/ ru/2002/02/Olvedrine).
Вот эта коалиция за справедливый мир ("une coalition pour un monde equitable") вместо неумной "коалиции против терроризма" ("la coalition contre le terrorisme" - везде выделения Юбера Ведрина), основанная на замечательной идее другого высокопоставленного француза Лионеля Жоспена о переходе к "управляемой", или "обузданной", мондиализации ("mondialisation maitrisee"), может и должна стать плацдармом для инициативы России по мироизации вместо глобализации как метод обуздания и управления хаотической и вредной глобализацией.
В основу мироизации необходимо положить обозначение ключевых мировых проблем, затрагивающих "сверху донизу" и "справа налево" все человечество, все страны, народы, каждого конкретного жителя Земли.
Вот Россия и должна срочно предложить список этих "настоящих вопросов" (как прекрасно обозначил мировые проблемы Юбер Ведрин) и дать свои серьезные версии "настоящих ответов" на них - т. е. международных способов решения данных мировых проблем.
Инициативная и крайне активная ("агрессивная") сверхконструктивная мировая политика России и вовлечение многих стран мира в специально программируемый и организуемый процесс мироизации - вот действие России как мировой державы.
Не только не давать любителям простых решений создать монополярный мир и навязать всему человечеству гегемонию США и НАТО, не только предотвратить неминуемую в подобном случае Пятую мировую войну, но и в чисто созидательном залоге предложить миру новый миропорядок, когда все человечество, все страны и народы мира включаются в решение мировых проблем и становятся совместными организаторами ("коспонсорами") процессов мироразвития.
Основу новой мировой политики России должно составлять предложение миру осознать опасность и реальный факт начавшегося слома мирового порядка в форме нарушения Устава ООН.
Центральной идеей нового миропорядка следовало бы признать крах идеи объединения только наций (ООН или Лиги Наций) как консолидации исключительно правительств разных национальных государств.
Так, в 1999 году правительства НАТО, согласившись на акт агрессии, пошли на поводу одной из многочисленных международных транснациональных организаций, при этом в ряде случаев либо не согласовав свои действия с парламентами государств, либо не проведя референдумы, более того, скрывая и закрывая информацию от своих граждан и граждан других стран.
Идея нового миропорядка, выдвигаемая Россией, могла бы строиться на более сложном принципе (включающем в себя и принцип объединенных наций как важнейший, как задающий преемственность и воспроизводство итогов Второй мировой войны) межличностного согласия, на принципе корпоративного межличностного права, где субъектами такого права являются все лица (организации, народы, правительства, отдельные личности), которые соглашаются и практически реализуют идею мироразвития, признают новый субъект мироразвития - человечество, а также утверждают полный отказ от войн и насилия, от агрессии и терроризма как невозможных "иных средств осуществления политики", полностью исключают войны-агрессии как средства осуществления политики. Также - на место прав человека - права личности, права различных народов, этноконфессиональных общностей, корпораций, правительств и отдельных людей, всего человечества в целом.
Организация Россией коалиции мироразвития вовсе не отрицает определение ею своих союзников на ближайшие двадцать-тридцать лет.
Но есть две небольшие страны, которые за последние пять лет отчетливо обозначили устойчивый интерес ставить и решать мировые проблемы. Это Венесуэла и Малайзия как представители Ибероамериканского и Юго-Азиатского регионов (http://www.p-rossii.ru/articles/statl6.phtml).
Такой союз тем более важен, поскольку он очерчивает то пространство - пространство Тихого, или, как его раньше называли в России, Великого океана, - которое должно под эгидой России стать главным плацдармом мироразвития в этом XXI веке.
Коалиция Ибероамерики и Нусантары (Юго-Восточного гигантского региона вплоть до Австралии и Мадагаскара) - это возможность для России реализовать свою великодержавность в XXI веке в качестве тихоокеанского лидера.
Для этого России нужна новая восточная политика (http://www.pereplet.ru/text/krupnov28apr02.html), определяющая смысл ее присутствия и действий в пространстве между Америкой и Азией.
-"Россия уже в силу своего расположения не может быть региональной державой с региональными или субглобальными интересами", - пишет в монографии "Россия и мир в новом тысячелетии" выдающийся профессионал военного дела и военной дипломатии Л. Г. Ивашов (М., Палея-Мишин, 2000, с. 206).
"Россия может существовать в XXI веке только как великая держава, способная обеспечить достойное качество жизни своим гражданам и защитить свои национальные интересы в мировой политике и экономике" - вот она, доктрина России в XXI веке, "национальная идея", лаконично сформулированная директором Института США и Канады РАН Сергеем Михайловичем Роговым (там же, с. 5-6), автором беспрецедентного "евразийского проекта России", определяющего превращение '"сердцевинной земли" Евразии (знаменитого Heartland) в глобальную ось мирового развития (Независимая газета, НГ-сценарии, 29 августа 1996).
Реализация доктрины России в XXI веке - восстановление страны в качестве мировой державы - возможно только в том случае, если в ближайшее десятилетие это станет главным делом каждого русскоязычного человека.

Оперативная информация: Азания, шесть России и карта мира 2015 года

Любая мировая война заканчивается решительной перекройкой политической карты мира. Рушатся империи, разлетаются вдребезги прежние государства и возникают новые, границы скачут. Победители делят добычу. Так было после Первой и Второй мировых воин, так случилось и в итоге Третьей. Покажи нынешнюю карту мира советскому человеку в 1984 году - и его хватит инфаркт. Четвертая в этом смысле оказалась самой слабой по географическим последствиям. А какие пертурбации вызовет Пятая мировая?
Есть в Москве аналитическое агентство "Намакон", во главе которого стоит Юрий Дроздов - бывший глава нелегальной резидентуры КГБ СССР. Именно "Намакон" раздобыл карту будущего мира, составленную Уильямом Вудом, главным географом Госдепартамента США. Причем в работе над этой новой картой мира приняли участие "независимые эксперты": председатель комиссии Международного географического союза Дэвид Найт, профессор Кентуккийского университета Стэнли Брупн, директор Дартмутского колледжа Рокфеллер-центра Джордж Демко и профессор Джорджта-унского университета де Блидн.
Итак, Россия к 2015 году распадется на шесть независимых "государств" - Западную Россию, Урал, Западную Сибирь (в которую войдет и север нынешнего Казахстана), Восточную Сибирь, Дальний Восток и Северные территории. Станут самостийными автономные республики - Татария, Башкирия, Осетия, Чечня и т. д. Отложатся Карелия. Калининградская область, Тува и Бурятия превратятся в фактически независимые автономные зоны.
Грузия раздробится на несколько княжеств. Молдавия развалится надвое - западная Молдавия уйдет в Румынию, а Приднестровье - отойдет к Украине.
В Европе завершится распад Югославии. В Британии отложится в самостийное государство Шотландия, Испания лишится Басконии и Каталонии. Северные районы Норвегии, Швеции и Финляндии с лапландским населением получат самостоятельность. Бельгия развалится на Фландрию и Валло-нию. Италия поделится на Северную и Южную.
В Азии Индия потеряет Кашмир и Пенджаб, но присоединит к себе княжество Бутан. От Китая отпадут Шеньян и Тибет, в нем образуются фактически независимые Шанхайская и Гун-чжоуская зоны, хотя китайцы и вернут себе Тайвань. Тамилы отделятся от Шри Ланки, Минандао отколется от Филиппин. Афганистан распадется на три части, Камбоджа и Бирма - надвое. Пакистан уцелеет и даже поглотит индийский Пенджаб.
В Северной Америке Канада расколется на пять государств - Квебек, Альберту и Саскачеван, Центральную Канаду, Северную Канаду и Тихоокеанское государство. США устоят, но в них возникнут 12 автономных районов:
- Северо-Восточный, который присоединит к себе Ост
ровную Канаду;
- Среднеатлантический;
- Новый Юг;
- Индустриальный рдйон;
- Южный прибрежный район;
- Горный район;
- Тихоокеанский прибрежный район;
- Северный тихоокеанский прибрежный район;
- Аляска;
- Ангелина (южные территории США и север Мексики).
В Южной Америке, по прогнозам американцев, Бразилия образует три автономных региона, Перу же распадется на Горное и Прибрежное государства. Австралия окажется раздробленной на Свонлэнд, Абонлэнд, Южную и Северную Австралии. В Африке ЮАР треснет на три части: Южную Африку, Азанию и Зулустан. В Заире богатые сырьем провинции Касаи и Катанга получат суверенитет.
В Арктике северные территории, отделившись от РФ, Канады, Финляндии и скандинавских стран, объединятся в Полярную конфедерацию.
Дополним эти данные 2000 года. Теперь в США не скрывают планов развалить на четыре части Ирак и попробовать расколоть Иран.
Замысел ясен. Пусть весь мир уподобится черепкам разбитой посуды, и пускай над всей этой грудой обломков высится единственный великан - США, главная база новых кочевников, их туловище с грозными военными кулаками. Пусть в мире обостряется проблема нехватки энергетического сырья: главные сырьевые сокровищницы мира выделятся в марионеточные "государства". Власть в них захватит всякая местечковая и мелко националистическая сволочь, потешив свои затаенные комплексы новыми флагами, президентскими дворцами прочими игрушками "высшей власти". Местный народ будет ввергнут в показательную нищету и в управляемый дебилизм. Как? Смотри пример бывших республик СССР. И это понятно: туземное население, добывая сырье для хозяев мира, не должно слишком много потреблять. Заодно туземцев сильно уменьшат в количестве, отсеяв "нерыночное население". А все эти "новые страны загонят в разряд вечно и безнадежно отсталых, "конченых" стран, где выбор жизненного пути у граждан весьма "богат": поденщик, чернорабочий на промыслах, проститутка, за-ворачиватель гамбургеров, халдей при отеле или охранник. Быть летчиком, космонавтом, ученым - это удел других, высших, самых рыночных рас.
Север с его еще нераспечатанными толком природными кладовыми сделается большой-пребольшой конфедерацией, населенной неприхотливыми, узкоглазыми народами, осколками ледникового периода, а всеми делами здесь станет заправлять кучка чиновников-компрадоров из "лиц демократической национальности" и европейских комиссаров. Здесь будут стоять буровые платформы транснациональных корпораций, хорошо защищенные и частными армиями, и всей милитаристской мощью США. Чукчам кинут какие-то крохи с барского стола, и намного больше получит "политическая элита" северной конфедерации.

ГЛАВА 21 Если тьма восторжествует...

Задумаемся о мире, на который мы обречены в случае победы врага, воюющего нынче со всем человечеством.
На нынешнем Западе бродят сегодня зловещие энергии. Кто живет там? Скопища пресыщенных потребителей с банальными желаниями и штампованными мыслями, которые давным-давно погибают от скуки. Брюхо набито. Все есть. Материальное благополучие дошло до невиданных высот. И хочется чего-то такого, что может взволновать остывшую, жидкую кровь европейца или американца.
Великая Скука царствует в уютном и защищенном мире Запада. Там нет великих идей и великих целей - все сведено к плоскому счастью "консьюмера", к скотской сытости и чувственности. Все равны, все имеют равные права, жизнь - высшая ценность! Эти формулы западники повторяют каждый день, но внутри-то у них рвутся наружу совсем другие желания. Желания бесящегося от комфорта, пресыщения и скуки постиндустриального существа. Им подсознательно хочется разрушать, видеть отблески пожаров, слушать чьи-то крики невыносимой боли и мольбы о пощаде, убивать и насиловать. Потому что это, черт возьми, захватывает и пьянит, выбрасывает в кровь сумасшедшие дозы адреналина. Нет, уже мало садомазохистских клубов и таиландских притонов, кассет с реальными пытками и фильмов ужасов. Нужен новый, живой объект для игры, для удовлетворения похотей и комплексов.
А кто же им станет? Мы, читатель. Мы, эта опустившаяся, ни на что не годная страна, которая только занимает место на карте.
Мы - те самые русские, перед силой которых еще вчера западные существа с фальшивыми улыбками и стеклянными глазами трепетали в страхе. Ведь теперь можно всласть поизмываться над теми, кого ты вчера так боялся. И над русскими, и над сербами, и над другими народами, которые пытались идти своим путем.
И это очень удобно: ведь западники - это тоже подвластное новым кочевникам стадо, пусть и самое привилегированное. Лучше будет, если это стадо займется большими развлечениями и удовлетворением страстей пресыщенного общества, а не ищет великих идей. Или же вспоминает совсем недавнее наследие, играя в неогитлеризм с сохранением верности Великой Америке. Ведь это тоже выгодно: держать в повиновении свиней высшего разряда, давая им возможность унижать тех, кто ниже их по рангу.
И мы видели симптомы этой борьбы с Великой Скукой. Вот хорваты возили богатых западных клиентов на войну, позволяя им поохотиться со снайперской винтовкой за сербами. Мы уже видели, как правые ультра в Западной Европе набирали бойцов на войну в Югославии, прямо говоря о том, что они лишь продолжают дело, не завершенное в 1940-х годах.
Что будет с миром потом? Западный обыватель свято верит в то, что его мир останется высшим миром, который отгородится новым железным занавесом от мира неустроенного и нищего. Что он, обыватель Запада, составит высшую расу, расу господ. В представлениях подленького западного человечка намертво сидит одна иллюзия - о том, что он-то всегда по праву рождения останется господином жизни на этой планете.-Мол, если я родился в "цивилизованной стране" вроде США, Франции или Германии, то за будущее можно не беспокоиться. Все беды и кошмары останутся навечно за рубежами Свободного и Демократического мира, где-то там, восточнее Вислы и южнее Средиземного моря, за Рио-Гранде и за Беринговым проливом.
Наверху нового мирового порядка останутся именно эти самые Свободные страны, а уж участь быть внизу достанется всем остальным царствам-государствам. Пусть новый порядок уподобится вечной пирамиде. Главное, наши-то государства окажутся на ее вершине.
Но это сказка.
Разделавшись с нами, неокочевники примутся и за западные страны тоже. И тамошние народы тоже ждет раздел на господ, средних и рабов. Мир гуманизма и демократии, которые царят на нынешнем Западе, тоже исчезнет. Демократия, читатель, - это пережиток XX, ушедшего столетия. И разделение побежденного в нынешней мировой войне человечества на касты пойдет и внутри стран, которые заранее (и очень глупо!) радуются своей победе.
Победившие "чужие", эти мировые "добыватели трофеев" и мародеры, с презрением посмотрят на благополучную западную массу. Она слишком много потребляет, не желая перетруждаться. Слишком много жизненных благ требует весь этот "средний класс" Запада. А зачем? Нужно заставить и западную массу потреблять поменьше, а работать - побольше. Унаследованные от XX века глупые традиции "социального государства" или "государства всеобщего благоденствия" стоят слишком дорого. Какого черта нам содержать лишние рты, всех этих люмпенов и неквалифицированных работников в жирных складках больших городов? А эта дурацкая комедия со всеобщими выборами и демократией? Одна морока, которая влетает в копеечку. Зачем ее продолжать, коль во главу угла ставятся прибыль и рентабельность? К черту!
Тем более что теперь нет Советского Союза, одно существование которого вынуждало богатых на Западе делиться с бедными, создавать тот самый "средний класс", заниматься социальными программами и бороться с безработицей. Все помнили, как в 1930 году в США уже шли демонстрации озлобленных, голодных и обнищавших масс, которые выбрасывали лозунги "Сделаем так, как в Советской России". Теперь угроза конкуренции со стороны Советов снята окончательно, а так называемый "исламский фундаментализм" - совсем не конкурент.
Мечтатели все еще думают, что в новом порядке страны мира окажутся разложенным по полочками: вот эти - на верхней, в Первом постиндустриальном мире. Вот эти, работяги, пойдут на среднюю, во Второй мир фабричных труб. А самые пропащие и нищие окажутся в Третьем - подземном - мире. Как бы не так! Внутри самих западных стран окажутся и Первый, и Второй, и Третий миры. И тот кризис, в который Запад вошел с 2000 года и особенно после 11 сентября 2001-го - всего лишь первые колебания почвы перед настоящим буйством землетрясения.
"Золотой век" Запада начался в шестидесятые. В 1964-м президент США Линдон Джонсон выдвинул программу "Великого общества". Именно тогда и сформировалось окончательно государство всеобщего благосостояния - с высокими зарплатами работяг, с огромными социальными льготами и пособиями и с очень большими налогами на предпринимателей, которыми все это и оплачивалось. Расцветает какое-то помешательство на правах человека. Постепенно Запад все больше и больше заботится о тех, кто в старые добрые времена считался опасными изгоями: о половых извращенцах и преступниках. Впервые появляются сконструированные молодежные моды, музыкальная культура молодых, разнеженно-потребительское движение хиппи, наступает сексуальная революция. Дома, машины, бытовая электроника становятся общедоступными. Расцветает "японское чудо". Картины именно этого рая, грамотно представленные в пропаганде Запада, и соблазнили советского обывателя.
В 1960-е все эти процессы на Западе здорово ускоряются молодежными бунтами 1968 года. Ведь тогда миллионы студентов действительно выходили на улицы с портретами Мао, Ленина и Че Гевары, обуянные жаждой социалистической революции.
Именно в это время на Западе и складывается огромный средний класс, опора стабильности и демократии. О формировании такого среднего класса в нынешней Россиянин так долго и безрезультатно разглагольствуют наши "дерьмокра-ты". Однако этот "миддл клэсс" возник не в силу развития свободного рынка, а благодаря государству, которое заставило предпринимателей-капиталистов поделиться своими богатствами с массой в условиях двухполюсного мира, т. е. прямого давления со стороны СССР.
Средний класс возник потому, что государство заставило капиталистов вкладывать деньги в науку и образование, в программы вооружений. Или просто драло с них налоги, на финансирование государственных программ. Тогда казалось, что сей порядок будет вечен. Что Маркса и Ленина, а также огромное количество несоциалистических мыслителей, которые предсказывали будущее капитализма как бескрайнее обогащение верхушки и беспредельное обнищание низов, можно навсегда списать в архив.
Но уже в 1970-х этот "рай" начал портиться. Пришел могильщик рая - Дьявол Глобализации.
Самым счастливым годом Эры всеобщего благоденствия стал 1972-й. В тот год реальные доходы западных рабочих и среднего класса достигли своего пика. Но уже в 1973-м грянул энергетический кризис, и цены на нефть, газ и электричество взлетели в несколько раз.
Кризис 1973-1975 годов еще не добил государства всеобщего потребления. Запад даже сумел резко увеличить экономичность своего производства. Есть немало серьезных исследований, которые показывают, что тот энергетический кризис был даже искусственно и целенаправленно организован - в целях обновления западной экономики и стимулирования ее подъема на новых основаниях.
Однако 70-е стали порой бешеной - по западным меркам - инфляции, роста цен, сопряженного со спадом производства. Положение усугубилось тем, что с 1971 года янки отказываются от золотого обеспечения своего доллара, и отныне он, по сути дела, превращается в простую бумагу, неимоверная ценность которой поддерживается чем-то вроде всемирного поверья.
Семидесятые становятся довольно мрачными для Запада годами. Если познакомиться с кино и литературой той поры, то почти вся она полна предчувствия ядерной или прочей катастрофы и упадка Америки. Массовой манией снова становится строительство частных убежищ, разгорается движение' сервайелистов - тех, кто хочет выжить, копя в своих убежищах оружие и продовольствие. Запад со страхом глядит на Восток, на нашу Империю. Хотя ею управляет явно впавшее в маразм и апатию руководство из стариков, западники жутко боятся того, что к власти в Советском Союзе могут прийти энергичные молодые силы. И если они смогут высвободить накопившуюся в Империи энергию обновления и рывка, то Западу придется туго.
Одновременно в самом конце 1970-х наступает первый серьезный кризис общества всеобщего достатка, который только будет нарастать в восьмидесятые. Наступает эпоха Великой Глобализации. Развитие бизнеса и технологий, появление всемирных электронных сетей в банковском деле и торговле приводят к тому, что начинается стремительный экономический рост Азиатско-Тихоокеанских стран. Теперь с помощью компьютера можно, сидя в уютном офисе в любом городе мира, не сходя с места, найти нужный товар в любом уголке света по самой низкой цене и так же, не выходя из офиса, его купить, отправив платеж по электронной почте. Теперь можно управлять своим бизнесом или купленным за тридевять земель предприятием за тысячи миль. И пусть предприятие это находится в Таиланде - с помощью глобальных сетей металл для него можно купить в Европе, а микросхемы - в Сингапуре, причем гораздо дешевле, чем в самом Таиланде. Теперь уже необязательно строить предприятие у
месторождений угля и металла, не обязательно ставить штаб-квартиру фирмы прямо у заводских цехов.
Поэтому западные и японские капиталисты начинают переводить туда свои производства и даже финансы. Их прельщают мягкий климат тропических стран, баснословная дешевизна рабочих рук тех краев, очень низкие тамошние налоги. Ведь азиат требует на полсотни выходных дней в год меньше западного рабочего, ему неведомы двухнедельные рождественские каникулы и ежегодный оплачиваемый отпуск, к которым привык западный трудящийся. Азиат может вкалывать по 10-11 часов в сутки1, почти не уступая по качеству труда западному рабочему, зато получая зарплату в десять раз меньше. Да и правительства в Азии берут куда меньшие налоги с бизнеса: ведь им не надо вести тяжелую гонку вооружений, платить большие пенсии старикам и обеспечивать громадные социальные льготы. О таких вещах, как пособие по безработице в 80 процентов заработка или рождественская месячная надбавка к жалованью, в большинстве стран Азии и слыхом не слыхивали. Стремительно взлетает экономика Южной Кореи, и теперь ее товары, как когда-то японские, завоевывают американский и европейский рынки. В 1978-м начинаются реформы в Китае, и он врывается на мировой рынок с многосотмиллионной массой квалифицированной рабсилы и теплым климатом.
Оказывается, Маркс и Ленин во многом были правы. Век назад они предсказывали, что западный капитализм превратится в мрачный Метрополис: кучка сверхбогачей-диктаторов, живущих в роскошных дверцах на одном полюсе, а на другом - миллионы и миллионы бесправных, нищих людей, вынужденных работать на фабриках-казармах за жалкие гроши. Маркс и Ленин думали, что в такой мрачный мир превратятся Европа и Америка, что год от года богатые будут становиться богаче, а бедные - беднее. Они только не предвидели такого вот процесса глобализации рынка и того, что беднейшие массы пролетариата будут образовываться не в самих западных странах, а за их пределами, в Третьем мире. Что участь рабочего, нищего стада отведут азиатским странам, тогда как страны Европы и США превратятся как бы в гигантские управляющие конторы, а их население - в конторских служащих в белых воротничках и с хорошими зарплатами, которые свысока смотрят на чумазых работяг-азиатов.
Маркс и Ленин не знали, что в последней четверти XX века западные рабочие перестанут быть рабочими в обычном смысле, превратившись в этакий нижний класс получателей доходов от жестокой эксплуатации работяг из жарких-стран и, главное, самих этих стран, что западным "пролетариям" установят неоправданно большие зарплаты за счет доходов от западных предприятий, построенных в Третьем мире. Они не знали того, что на сборке электроники в жаркой Малайзии женщины-работницы будут работать в цехах совершенно нагими (ради чистоты производства) всего за сорок долларов в месяц, тогда как западную даму на такую работу пришлось бы вести под конвоем. Даже за тысячу долларов.
Парадоксально, но сейчас рабочие Азии или Мексики, вкалывая на фабриках транснациональных корпораций в своих странах, довольствуются такой же зарплатой, что и американский рабочий XIX столетия. И янки-сталелитейщик из Питтсбурга 1880-х годов, и мексиканка на заводе "Ай-би-эм" 2000-х годов получают одну и ту же зарплату в 40 долларов в месяц. Только вот доллар 1880-х годов равен как минимум двадцати нынешним долларам.
Но запущенный Западом процесс глобализации обращается против самого Запада.
Это раньше какому-нибудь американскому магнату приходилось строить свой машиностроительный завод на родине, поближе к источникам американских угля и руды. В эпоху глобализации завод гораздо выгоднее построить на морском берегу тропической страны, у вечно незамерзающего моря. Металл, горючее, всякое сырье с помощью электронных торгов можно купить в любом конце света - по самым низким ценам. Архидешевый морской транспорт быстро и надежно перебросит сырье к комбинату. А работать на нем будут бессловесные и неприхотливые туземцы. Местное же правительство может вообще освободить американского инвестора от всяких налогов.
Все это уже к началу 1980-х приводит к тому, что в Европе и США начинает расти безработица, закрываются производства, и государствам теперь все труднее обеспечивать все эти высокие зарплаты, пенсии и льготы. Корпорации вдруг сообразили: а зачем нам делиться своими прибылями со своими "рабочими" в Европе и Америке? Лучше взять все сливки себе. И вот теперь постепенно исчезают рабочие места в промышленности, им на смену идут простейшие места в сфере услуг по типу "пожарь гамбургер", "подай-принеси", "подмети-вымой" с гораздо меньшими зарплатами.
Если вы.посмотрите фильмы тех лет, обращая внимание на бытовой антураж, и (если вам в 2000 году было за тридцать) припомните конец 1970-х, то получится вот что: наши бытовые товары не сильно-то отличались от западных. Те же квадратные телевизоры на транзисторах, те же телефоны, те же микрокалькуляторы и электронные часы, появившиеся на прилавках в 1978-м. Те же приемники, проигрыватели и магнитофоны. К середине 1980-х даже наши персональные компьютеры почти не отличались от американских. Хотя их и меньше было. (Советую посмотреть фильм "Данди по прозвищу "Крокодил" 1986 года, обратив внимание на персоналки в редакции нью-йоркской газеты. Они - точь-в-точь наши "корветы" или компьютеры из Болгарии, которая тогда работала с нами вместе.)
Уже в 1981 году стало ясно, что привычному порядку на Западе долго не протянуть. Янки делали вид, что все идет по плану. Мол, они вступают в постиндустриальное общество. Пусть заводы и фабрики уходят из Америки - сами американцы будут зарабатывать на спекуляциях с валютами и ценными бумагами, на производстве компьютеров, программного обеспечения и спутников, разрабатывать новые технологии и материалы. Но они явно лукавили: нация не может состоять только из банкиров, брокеров, ученых, инженеров и программистов. Их не может быть больше 10 миллионов душ из 200-миллионного населения США.
А остальным что делать? А что делать Западной Европе, намного отставшей от США по части космоса и вычислительной техники?
Какие бы там умные лица не делали янки, а и тут глобализация рынка грозила им развалом США. Очень скоро оказалось, что и валютой спекулировать лучше из Азии, регистрируя там свои банки и фирмы. Оказалось, что там гораздо дешевле содержать технополисы и исследовательские центры. И вот уже знаменитая "Тексас Инструменте" проектирует самые сложные микросхемы в Индии. Телекоммуникационная "Моторола" открывает центры проектирования оборудования в Индии и Китае. Оказалось, что индийские, китайские и прочие специалисты могут писать программы ничуть не хуже американцев, требуя за это денег в несколько раз меньше. Более того, оказалось, что азиатские школы и университеты готовят гораздо более образованных людей, нежели американские "храмы науки". Что янки выпускают слишком много управленцев, юристов и финансистов, зато слишком мало - инженеров. Что азиатские ученые не менее гениальны, чем американские, зато запросы у них скромнее. А еще был великий Советский Союз, который мог "сняться с тормоза" и выбросить на мировой рынок свои спутники, перспективные материалы и услуги космических телекоммуникаций, свои компьютерные программы и прочее. И вот тогда Западу пришел бы полный конец.
США в начале 1980-х ясно поняли: надо во что бы то ни стало развалить Империю русских. И тогда поток дешевого сырья с обломков Советского Союза и вал не менее дешевых плодов работы русских ученых смогут оживить умирающий организм западных государств. Разлетится на клочья могучая и единая славяно-тюркская страна - и тогда Западу не придется напрягаться в военном соревновании с нею, получая столь нужную передышку перед лицом своего цивилизацион-ного кризиса, оттягивая момент экономической катастрофы.
Надо отдать должное американцам: они рискнули и выиграли. Они пошли на принцип "либо пан, либо пропал" и добились своего. Они просчитали действия впавшего в маразм и тупость Кремля, как хитрый охотник предвидит действия безмозглого, неповоротливого ящера, загоняя его в замаскированную яму-ловушку.
Если бы советские вожди хотя бы только сохранили Империю - то и тогда бы СССР имел все шансы сплясать победный танец на костях Запада. И уж тем более добивала бы Запад его Империя-Корпорация, Орденское государство, которое я, Максим Калашников, нарисовал в прежней книге.
Даже сейчас, после гибели советской Империи, Америка все равно похожа на человека, бегущего по тонкому льду. Чуть оступится, промедлит - и канет. Мы выставим еще одного свидетеля, человека незаинтересованного, да еще и представителя враждебного нам Западного мира.
Итак, перед вами - профессор Массачусетского технологического института, всемирно признанный экономист Лестер К. Туроу, постоянный автор серьезных американских изданий - "Ньюсуик" и "Нью-Йорк Тайме".
В своей книге "Будущее капитализма" (1997 год) Туроу блестяще доказывает: Запад в его нынешнем виде проживет недолго. Сытая жизнь "государств всеобщего благосостояния" будет взорвана процессами глобализации и огромными внутренними противоречиями, которые западный капитализм разрешить не в силах. Он радуется уничтожению сверхдержавы русских, но пока не замечает того, что и сам обречен.
Эта книга о конце старого мира.
Запад очень долго гордился тем, что обеспечил своих стариков огромными пенсиями и социальными пособиями. Да так, что теперь США и Западная Европа превратились в настоящие цивилизации престарелых: из-за увеличения продолжительности жизни армия пенсионеров невиданно разрослась, они превратились во влиятельное крыло избирателей и в самую богатую прослойку общества, которая может позволить себе полное безделье и дорогие покупки.
Как пишет профессор из Массачусетса, люди старше 60 лет, которые в 1900-м составляли 4 процента населения США, в 1990-х заняли уже 13 процентов. Уже сейчас один пенсионер находится на содержании четырех с половиной работающих человек. Но в 2013 году произойдет взрывное увеличение доли пенсионеров (на покой уйдут люди многочисленного поколения 1947 года рождения), и тогда один иждивенец придется на 1,7 работающего человека.
Но все это происходит на фоне кризиса традиционной семьи. Это в человеческие эпохи молодые уважали стариков и помогали им в старости, а сами старики нянчили внуков. В современной западной "культуре" поколения разделены, старики стали чертовски эгоистичны и уже не хотят себя чем-то утруждать.
В сочетании оба эти течения превращают растущую армию западных пенсионеров в серьезнейшую угрозу для экономики Запада, в ее невольных вампиров.
Туроу пишет: за последние 20 лет, несмотря на то, что доходы в западных экономиках надушу населения росли, реальная зарплата наемных работников пусть медленно, но падала. Куда же деваются увеличивающиеся доходы? Оказывается, за последние 20 лет доля доходов, получаемых стариками, удвоилась. Армия пенсионеров упорно не хочет голосовать за снижение налогов на бизнес, опасаясь падения своих пенсий и медицинских льгот, и западные политики вынуждены им угождать.
Но ведь чем больше будет стариков, тем выше окажутся и налоги. А чем они тяжелее - тем скорее капиталы бегут из США в жаркие азиатские страны, ускоряя крах американской системы и подрывая доходные статьи бюджета Соединенных Штатов. И ведь чем меньше налогов - тем больше правительству в Вашингтоне приходится брать денег в долг под проценты, которые тоже надо выплачивать.
"Нужды и требования престарелых уже потрясли до основания государство всеобщего благоденствия, практически его разорив. Если прибавить к платежам престарелым выплату процентов по национальному долгу..., то видно, что эти платежи и проценты поглощают государственный бюджет. Спроецируйте эти цифры в будущее, и вы увидите, что правительство просто разоряется. Обнаружится, что оно обещало престарелым больше, чем может собрать в виде налогов с работающих", - пишет Туроу. Уже сейчас на выплаты престарелым в США идут 60 процентов федеральных налогов. Если ничего не изменить, то в 2003 году пожилые поглотят уже 75 процентов. А в 2013 году - вообще все.
"Расходы на престарелых истощают государственные бюджетные инвестиции в инфраструктуру, образование, научные исследования и разработки, упавшие за двадцать лет с 24 до 15 процентов федерального бюджета... Если рассматривать только денежный доход, то в 1960-е годы средний семидесятилетний человек тратил лишь 60 процентов по сравнению с тридцатилетним. Сейчас этот семидесятилетний тратит на 20 процентов больше... Налоговая система рушится...", - доказывает американец, заявляя о том, что сегодня США еще как-то выкручиваются за счет сокращения военного бюджета. Но и это лишь ненадолго оттягивает крах государства всеобщего благосостояния. К тому же, после 11 сентября 2001 года военные расходы снова пришлось наращивать, и в бюджете США зияют огромные дыры.
Между тем США весьма нуждаются в огромных расходах на улучшение образования молодежи, иначе янки не смогут достойно жить в Третьем тысячелетии, не сумеют развить самые передовые отряды промышленности. Однако сегодня в США самая бедная группа населения - это дети моложе восемнадцати лет. Правительство тратит на них в девять раз меньше средств и времени, чем на стариков, которые, в отличие от молодых, имеют право голоса. Тем самым уничтожается будущее американской экономики: ведь плохо подготовленная к жизни в мире суровой конкуренции молодежь не сможет платить налогов на содержание стариков.
В западных государствах "золотого миллиарда" старики буквально пожирают молодежь. Там наступает царство старости.
"В грядущие годы понятие классовой борьбы должно будет измениться: это будет не борьба бедных против богатых, а борьба молодых против старых... В Америке этот конфликт уже отчетливо виден. Престарелые систематически голосуют против налогов на развитие образования каждый раз, когда им представляется случай. Престарелые устраивают изолированные сообщества для себя, где не разрешают жить молодежи, чтобы не пришлось платить за школы...", - пишет Туроу, описывая случай в Мичигане, где в одном из городков старичье, пользуясь численным преимуществом, форменным образом разорило местные школы, оставив их без денег. Формируется какая-то запредельная власть стариков - геронтократия, старческая цивилизация, в которой старики упырями высасывают кровь из молодежи.
Это похоже на мрачный мир планеты-диктатуры Торманс, описанный великим Ефремовым в "Часе быка". Мир, в котором есть рынок, но зато большая часть людей отнесена к касте КЖИ, короткоживущих, которым не позволяют доживать до дряхлости, отправляя в храмы Нежной Смерти. Туроу, конечно, предлагает иной выход из ситуации, который, хоть и не доходит до такой степени, однако весьма далек от нынешней демократии. И действительно: власти США с 2000 года начали потихоньку, "шажками" в два месяца, повышать пенсионный возраст с 65 до 67 лет. Однако даже это не спасает положения.
Что делать-то? Старики-избиратели, преобладая в количестве, никогда не проголосуют за урезание своего пенсионного обеспечения. Завозить на Запад рабочую силу из других стран, чтобы содержать сотни миллионов престарелых? Не выход. Наплыв носителей чужих культур вызовет опаснейшее внутреннее напряжение в странах Запада, волну национализма и расизма. К тому же эта рабочая сила окажется достаточно низкого качества, потому что вся политика США нацелена на погружение окружающего Запад мира в отсталость. Заставить молодежь рожать больше детей? Нигде в мире либерально-рыночная и демократическая политика не приводила к увеличению рождаемости. Все происходило точно в обратном направлении: прирост населения прекращался. Везде, где есть развитая пенсионная система, люди не хотят заводить много детей, потому что не боятся остаться без кормильцев в старости. Значит, нужно отменять пенсии, заставляя нынешнюю молодежь работать не только на содержание имеющихся стариков, но и на себя самих в будущем, просто вынуждая их рожать и рожать. Но как это сделать без насилия?
Еще одна проблема, свидетельствует Туроу, - это саморазрушение американского общества в его нынешнем виде, которое наши доморощенные "демократы" рисуют в образе земли обетованной, земного рая, всячески стараясь перекроить Россию на манер Америки. Одно из самых жутких зол Туроу видит в телевизионной "культуре", которая тотально захватила США.
Кино и телевидение заменили семью для американских детей. Ребенок в США пялится в чертов "ящик" 21 час в неделю, тогда как с отцом проводит только пять, а с мамой - всего двадцать минут. До того, как стать подростком, янки видит на экране 11 тысяч убийств. Это хорошо объясняет нынешний феномен роста числа убийц среди молодежи.
Но даже и это не самое ужасное. Телевизор уничтожает саму способность человека мыслить, строить логические умозаключения, искать информацию. Раньше, когда в основном люди читали, тексты обращались к разуму, а не к чувствам. Телевизор возвращает в мир новой неграмотности. Не надо учиться читать - достаточно просто смотреть и слушать. Телевизор может напрямую вызывать любовь или ненависть, страх или радость в мозгу сидящего перед ним идиота, причем этот идиот даже не отдает себе отчета: а почему он, собственно, радуется или негодует? Телевизор может действовать на подсознание, на глубоко запрятанные инстинкты. Так действуют на подопытную крысу, вводя ей электроды в крошечные мозги. Телеобывателю показывают "бедных чеченцев", которых убивают "эти русские", - и он заходится в ненависти к нам. Ему не показывают, что чечены делали с русскими, - и для телезрителя этого как бы не было вообще. Не было десятков тысяч зарезанных, изнасилованных, ограбленных или изгнанных из Чечни славян, потому что этого не показывали по "ящику".
Туроу считает, что идиотизация американцев уже зашла слишком далеко. В телевизионном обществе современной Америки больше невозможны великие события из героического прошлого Америки. Такие, например, как дебаты о рабстве, победа Авраама Линкольна на президентских выборах или его великая речь в Геттисберге 1861 года, - потому что все это требует умных слушателей и читателей. Он сетует: язык телевидения становится все более бедным и грубым, а вслед за этим варваризуется и язык американцев. А разрушение языка, как вы, наверное, понимаете, - это разрушение мышления, превращение человека в обезьяну, в управляемого кретина. Туроу жалуется и на то, что стерта грань между подлинной историей и дурацким и "историческими фильмами": американцы воспринимают бредни режиссеров как подлинные события. Смотря телевизор, люди покупают возбуждение - а это сродни наркомании.
Разрушается та мораль, которая и подняла Америку к вершинам могущества: трудиться и копить деньги, соблюдая при этом законы. Телевизор, сотни его викторин или игр типа "Колесо фортуны" учит совсем другому. Счастье - немедленно. Нет, нет, нет, мы хотим сегодня...
"...Индивидуальное потребление прославляется как единственный предмет личного честолюбия... индивидуальное достижение - как единственная законная цель. Для телевизионного героя нет смерти и ограничений реального мира. Нет долга и жертвы, нет общественной обязанности, нет общего блага. Любое поведение считается законным: ценности воплощаются не в действиях людей, а в их чувствах. Чувствуйте, но не думайте. Общайтесь, но не обещайте. Воспитывается цинизм, поскольку все герои в конечном счете изображаются как глупцы...
Под давлением средств массинформа, не верящих, что готовность ждать имеет какую-либо ценность, доля людей, верящих в ценность упорного труда, за последние десять лет упала с 60 до 44 процентов. Разрушение прошлого и устранение социальных механизмов, которые связывают личный опыт человека с опытом прошлых поколений, представляет жуткое явление конца XX века.
В нынешнем мире сосед, которого чаще всего приглашают в гости, - это нереальный сосед. Это телевизионная семья, которая гораздо (примерно вчетверо) богаче реальной средней американской семьи. Она оставляет у настоящей американской семьи крайне преувеличенное, ошибочное представление о том, насколько богат средний американец. Сравнивая себя с этой мифической семьей, все испытывают, в конечном счете, чувство ущербности.
В мире "средств" никто никогда не работает, кроме полицейских и торговцев наркотиками. Мир телевидения - это мир потребления без производства. В прошлом, если верить телевидению, ничего не надо было делать, чтобы обеспечить хорошую жизнь в настоящем. И в настоящем ничего не надо делать, чтобы обеспечить потребление в будущем. Инвестиций в будущее просто не бывает. Но капиталистическая экономика должна делать инвестиции в будущее, если она хочет выжить.
Капиталистическая культура и телевизионная культура превосходно подходят друг другу, поскольку обе заинтересованы в деньгах. Но их ценности несовместимы. Первая должна иметь в виду будущее, вторая же не видит никакого будущего, если это будущее требует жертв... Трудно даже представить себе возбуждающий телевизионный спектакль о людях, терпеливо откладывающих потребление для того, чтобы инвестировать в будущее...", - пишет беспощадный профессор.
Это очень важно. Туроу все время твердит о том, что США для выживания надо гораздо больше денег тратить на образование, высокие технологии, на воспитание молодежи. То есть - есть и роскошествовать поменьше, побольше сберегая. Но мешает телевизор.
"...Официально он поет гимны капитализму, но неофициально прививает целый ряд антипродуктивных ценностей.
Имя этой игры - потребление. Никто не должен откладывать немедленное удовлетворение своих желаний. В стране телевидения примечательным образом отсутствуют творцы и строители. Временное кругозоры становятся все короче и вследствие идеологии телепрограмм, и ввиду способов подачи материала - все более быстрых переходов от одной сцены к другой. Поставьте хронометр во время вечерней программы новостей и измерьте, сколько времени телевизор отводит любому сколь угодно важному предмету.
Может ли деятель телевидения делать инвестиции и реформы, важные для будущего? ... Он - крайний потребитель в настоящем. Откуда ему взять ценности для поддержания необходимых вложений в образование, научно-исследовательские работы и инфраструктуру? Что же случится, если их не будет?".
Туроу жалуется на повальное распространение так называемой функциональной неграмотности в США. Что это такое? Впервые один из нас столкнулся с этим в армии. Был в нашем взводе бойкий казах Елибаев. Вроде бы и на великорусском языке говорил отлично, и читать умел, и с нашей армейской электроникой управлялся хорошо. Но однажды я дал ему почитать интересную статью. И тут Елибаев, смущаясь, признался: я не могу читать. Я остолбенел. Как же так - ты же русский знаешь, грамоте обучен. Надписи ведь на пульте управления читаешь. Но оказывается, Елибаев не мог понять большого текста и воспроизвести его смысл. Его мозг не мог строить логические связи при чтении. Текст для него распадался на кучу понятных, но разрозненных слов. И если обычный человек, читая книгу, силой воображения своего вызывает в уме яркие картины прочитанного, то в данном случае Елибаев не мог представить ничего.
Оказывается, таких людей полным-полно в США, хотя и считается, что они обучены чтению-письму. Но это не мешает им тыкать в кнопки бытовой техники, копаться в моторе или смотреть все тот же телевизор. Среди моих имперских сверстников такая неграмотность была редким случаем. К сожалению, в Россиянин с ее культом примитивной жизни и засильем телевизора таких "умственных инвалидов" уже гораздо больше.
Об опасности утраты человеком способности читать говорил известный культуролог Йохан Хейзинга еще в 1941-м. В докладе "Недуг нашего времени" Хейзинга убеждал: чтение требует умственных усилий, воображения. Текст позволяет человеку вернуться назад и еще раз осмыслить написанное. А кино и радио (составные части телевидения) эту возможность напрочь убивают. В результате плодятся особи, обладающие каким-то полузнанием, с головой, забитой всяческой информационной шелухой, которые на самом деле не обладают ни настоящими знаниями, ни способностью критически мыслить, отделяя правду от откровенной лжи. Хейзинга оказался глубоко прав.
Когда смотришь нынешние американские фильмы, встречаемые "на ура" обывательским стадом, то поражаешься степени умственной отсталости янки. В их фильмах, например, о космосе, могут сыпаться искры и валить дым. Хотя советский школьник 1930-1940-х годов, читавший "Занимательную физику" Перельмана, прекрасно знал о том, что в космосе воздуха нет, а потому ни гореть, ни дымить там нечему.
Из всего этого нетрудно понять, почему Америка, несмотря на свое великое национальное прошлое и на военно-экономическое могущество, дебилизируется и все больше смахивает на обезьянье стадо. То, которое живет одним днем. И почему США вынуждены завозить к себе толковых математиков, физиков или инженеров: телевизионные идиоты ничего создать не могут. Недалек тот день, когда телевидение, все больше пронизывая жизнь американцев, попросту убьет Америку!
Нам в 1985-м оставалось продержаться совсем недолго. Лет тридцать. Дальше нашего тогдашнего врага убивало его же порождение - телевидение.
Но Туроу неумолим. Оказывается, американцы слишком мало вкладывают в собственное будущее. В школы и институты, в научные исследования и опытные разработки, в передовые технологии, наконец. Зато американские компании слишком много денег спускают на выплаты дивидендов расплодившимся мелким акционерам, которым на все плевать, кроме собственной шкуры. А американское государство тратит чересчур много на выплату долгов и процентов по ним десяткам миллионов держателей облигаций США. Это не считая слишком больших трат на содержание негритянских матерей-одиночек (браки среди негров распадаются почти тотально), на стариков (о чем мы уже сказали).
Туроу сообщает, что в США за последние четверть века капитальные вложения в общенациональный сектор сократились вдвое. И эта инфраструктура - в основном инфраструктура знания, отдача от которого наступает не сразу. "Биотехнология обещает изменить мир... Может быть, через тысячу лет человечество только это и будет помнить о нашей эпохе. Но средства на научные исследования и разработки, которые создали биотехнологию, никогда не были бы предоставлены капитализмом. В случае с биотехнологией понадобилось тридцать лет массированных государственных инвестиций (миллиарды долларов в год в нынешних долларах), прежде чем выяснилась хотя бы возможность появления рыночных продуктов - и тем более до того, как они появились".
Иными словами, читатель, все великие прорывы Америки в технологиях были сделаны вполне по-социалистически - вопреки рынку, на деньги государства. (Хотя организация дела у янки была лучше хрущево-брежневской, да и специалистам они от души платили, в отличие от наших чудаков, пришедших к власти после Сталина.) Именно государственные вложения Пентагона через военный бюджет, начатые в 1969-м, а никакой не рынок, и создали "Интернет", эту живоносную ткань западного информационно-финансового общества. Но теперь уже янки не могут тратить столько же денег на научно-технические прорывы. И здесь глобализация подложила янки и всему западному миру свинью.
Чтобы тратить на современную науку, нужны еще большие деньги. Взять их в Америке можно, только увеличив налоги на бизнес. Но в условиях глобализации этого сделать нельзя: бизнес тотчас же даст тягу в дешевые азиатские страны. Значит, надо экономить на обеспечении стариков, на выплатах неграм и матерям-одиночкам. И тут янки угодили в ловушку своей демократии. Урежь социальные программы - и миллионы привыкших к "халяве" избирателей, тупой электорат, прокатит тебя на ближайших же выборах. С точки зрения американских политиков, лучше обидеть несколько сот тысяч ученых с инженерами, чем не угодить десяткам миллионов обывателей. Потому как и у создателя уникальной технологии, и у наркомана, и у тупицы-телезрителя, и негритянки, родившей ребенка в 15 лет, - один и тот же голос на выборах. А параллельно с потаканием страстям ленивой черни в США началось урезание ассигнований на научно-исследовательские труды и в крупных американских фирмах, потому как нынешний спекулятивно-финансовый капитализм требует только быстрой прибыли, больших дивидендов.
Итог? Крупные перспективные лаборатории исчезли из состава компьютерного гиганта "Ай-би-эм" и телекоммуникационной "АТТ". Все долгосрочные исследования финансируются из американской казны, но их объем с 1995 по 2002 годы уменьшился на треть. И если в 1973 году ассигнования на науку, просвещение и инфраструктуру в Америке составляли 11 процентов валового внутреннего продукта (ВВП), то в 1993-м - уже только 6 процентов. В частном секторе затраты на научные исследования и разработки, на образование и нежилищные инвестиции снизились с 14 до 12 процентов ВВП. И это в то время, когда будущее экономики зависит прежде всего от отраслей высокой наукоемкости!
Не утруждая вас цифрами, приведем еще один вывод профессора: американцы все меньше сберегают, все больше проедают, потребляя. Они проедают труд предшествующих поколений, не заботясь о том, как станут жить их ближайшие потомки. Их нормы сбережений уже гораздо меньше, чем в Азии. В десять раз меньше! Янки прожирают сами себя полным ходом.
Туроу считает, что этот гибельный для Америки процесс - последствия как раз той самой "райской жизни" в кредит, которой наши демократы прельщали несчастного советского обывателя. Иными словами, еще до Второй мировой войны американец, пожелав купить дом, автомобиль или стиральную машину, должен был сначала накопить на это деньги. После войны развился порядок, при котором американцы стали брать эти вещи сразу, в кредит, долгие годы выплачивая его.
"Если потребители копят деньги перед покупкой, то их сбережения могут быть использованы для производительных инвестиций, пока они не сберегут достаточно для покупки желаемой вещи. Если же они оплачивают займы после покупки, то они получают в виде аванса сбережения других людей, и тем самым они в действительности вычитают деньги из фондов, которые могли бы послужить для инвестиций", - пишет Лестер Туроу.
Иначе говоря, читатель, янки сами подрывают свое будущее.
Еще одна опасная болезнь США - это разложение и расслоение собственной нации. Да такое, которое грозит покончить с привычной нам американской демократией.
С начала 1950-х и до 1973 года янки растили свой средний класс и все время уменьшали разницу в доходах между ним и богатой верхушкой страны. А затем этот процесс развернулся в обратную сторону.
Если вы думаете, что обнищание образованных людей - только россиянская черта, вы ошибаетесь. Мы все хорошо знаем и о другом россиянском феномене: когда богачи, глубоко презирая честных людей, начинают создавать "новый феодализм". То есть селиться в особых поселках за высокими заборами, под охраной наемных головорезов-"секьюрити", заводить свои частные полицию, школы, детские сады, клиники. Но оказывается, то же самое происходит и в США.
Обнищание среднего класса в США объясняется все той же глобализацией: у американских инженеров, управляющих, врачей и квалифицированных рабочих появились обученные конкуренты в азиатско-тропических странах, которые, будучи тренированы ничем не хуже американских специалистов, при всем том согласны получать гораздо меньшие зарплаты. И по неумолимому закону мирового рынка американские заработки стали падать.
Туроу приводит интересные данные. Оказывается, с 1973-го по 1993 год средний заработок полноценно работающих (черных и белых) мужчин в США упал с 34 тысяч долларов в год до 30,4 тысячи. Хотя за это время ВВП США увеличился на 29 процентов! Если же брать белых мужчин, то их заработки за 20 лет упали на 14 процентов. Но особенно пострадали белые мужики в возрасте 45-54 лет, имеющие высшее образование на уровне колледжа: их зарплаты рухнули вниз почти на треть. Но и тем, кому 25-34 года, тоже несладко: у них доходы уменьшились на четверть.
А куда же тогда делись прибавка ВВП,' рост экономики? Оказывается, они ушли высшим 10 процентам населения.
Глобализация, которая привела к закрытию многих промышленных предприятий в США (в станкостроении, судостроении, автопроме и сталелитейной индустрии), выплеснула в ряды безработных или на более низкооплачиваемые места в сфере услуг миллионы белых рабочих средней квалификации, которые еще в 1950-1960-е годы блаженствовали. Штаты стали люмпенизироваться"0. Самым ярким примером Туроу считает бездомных, чья армия стала расти с конца 1970-х, достигнув 600 тысяч в США и 600-800 тысяч, например во Франции.
Другой вид американских люмпенов (5,8 миллиона душ) - это мужчины трудоспособного возраста, которые в прошлом потеряли работу, не обучаются, не имеют права на пенсию по старости и живут без всякого видимого источника средств к существованию. Они не голосуют на выборах, не обращаются в полицию, не всегда посылают своих детей в школу. И даже телефона у таких особей, как правило, нет. Этих людей называют "Третьим миром" в недрах США, сравнивая с босяками из жалких африканских стран. Скоро этот "внутренний Третий мир" вберет в себя десятки миллионов американцев.
Начала развиваться "культура трущоб" - появление массы необразованных, не обученных никакому ремеслу стай и стад городской молодежи. Воспитанное телевизором, агрессивное и склонное к насилию, это стадо двуногих обильно питает преступность, страдает наркоманией и хочет жить хорошо, но зарабатывать не может.
Одновременно идет обособление богатых. "Богатые будут оплачивать из своих все более высоких доходов охраняющую их безопасность частную стражу, тогда как средний класс должен будет довольствоваться опасными улицами, плохими школами, неубранным мусором и ухудшающимся транспортом... В наши дни сообщества, обнесенные стенами, с запертыми воротами и охраняемые частной полицией, опять стали расти. Если считать многоквартирные дома с частной охраной, то теперь 28 миллионов американцев живут в таких сообществах, и число это, как ожидают, удвоится в ближайшее десятилетие... В Калифорнии есть сообщество со стеной, крепостным рвом, подъемным мостом и устройством "боллард", которое выстреливает трехфутовым металлическим цилиндром в днище машины, если ее не захотят пропустить. Само слово "боллард" происходит из темных веков. И хотя это крайний случай, но есть тридцать тысяч сообществ, где индивиды, как в далекие Средние века, отделяют себя от внешнего мира стенами и охраной...
...Очень скоро оказывается, что эти обнесенные стенами и охраняемые сообщества начинают требовать скидок со своих налогов, так как они не пользуются местными службами, и устраивают налоговые мятежи, требуя сокращения их местных налогов - чем лишают других граждан общественных служб, сохраняя свои хорошо обеспеченные, частные..." o Так пишет Туроу, сравнивая эти процессы с распадом Римской империи, где власть "приватизировалась", а города приходили в упадок.
Отсюда - и весьма зримая перспектива краха американского демократического государства, его принципа "один человек - один голос". Глобализация снова выдвигает на повестку дня принцип "выживает лишь сильнейший". Если ты не богат - ты не человек. А это значит, что богатые, обладая реальной властью, произведут еще большие невиданные перемены в американских политических порядках...
Уже в начале 2000 года специалисты американского Института изучения экономической политики имени Томаса Роу заявили, что за последнее десятилетие бедные в США становились все беднее, а богатые - все богаче. Оказывается, доходы 10 процентов самых бедных семей выросли только на 110 долларов, достигнув 12 900 долларов в год, тогда как прибыль 10 "верхних" возросла на 17 870, дойдя до 137 480 долларов в год.
Наконец, Туроу пишет о том, что жизнь нынешнего Запада напрочь лишена смысла, идеи.
Ради чего жить и работать? Ради борьбы с тоталитаризмом? СССР разгромлен, гитлеровского рейха нет. Китай - слишком умен и очень ловко избегает прямой конфронтации. Да и, честно говоря, американцы уже далеко не те бойцы, которые еще могли водить воздушные корабли на немецкие города или бросать свои торпедоносцы на японские корабли. Борьба с международным терроризмом? На такую "обманку", шитую белыми нитками, никого долго не удастся водить за нос.
Жить ради торжества свободы? Но она уже и так во многом доведена до бреда, до абсурда. Защищены права маньяков, половых извращенцев, феминисток, спидоносцев, негров, Сатанистов, пещерных националистов, которые вырезают другие народы, евреев и наркоманов. Дальше двигаться просто некуда.
В Европе - вообще мрак. Немцы полвека жаждали воссоединения Германии. И вот оно произошло. И сразу же исчезла идея, цель жизни. А бесцельно человек жить не может. Больше жратвы и секса - это, извините, не идея.
Человек так устроен, что тоскует по смыслу. И вот в благообразной старушке Европе полез национализм, который грозит развалить и США, и единую Европу.
Таким образом, друзья-читатели, покончив с нами, создатели нового мирового порядка, неокочевники, примутся за радикальное обновление и Запада тоже. Ибо его нынешние проблемы просто неразрешимы в рамках распрекрасных Демократии и Прав Человека.
США еще ждет очень болезненная ломка. Ведь нарисованные Туроу проблемы методами демократии решить никак нельзя. Американский охлос, который привык сладко жрать, всласть "заниматься любовью" и ходить по магазинам, добровольно на ухудшение своей жизни не пойдет. А это, читатель, еще один аргумент в пользу войны. Америке в ближайшие годы просто жизненно необходимо начать большую, настоящую, войну - ибо она позволит списать на себя все тяготы и лишения Большого перехода, ограничения самоедства и свертывания демократической клоунады.
Вы скажете, что на самом деле Запад разовьет новейшие технологии и в конце концов создаст техносферу тоффлеровой Третьей волны: те самые маленькие установки на возобновляемых источниках энергии, экологически чистые и экономичные, которые заменят собой стальные с огромными трубами монстры-заводы Индустриальной эры. Что на Западе появится множество маленьких энергетических установок у непосредственных потребителей тепла и электричества. Что именно Запад, а не мы, разовьет те самые технологии работы с сознанием человека, которые я, Максим Калашников, описал в "Третьем проекте", и именно он создаст новую расу нейролюдей, люденов.
Но и в этом случае Западу придется ой как несладко! Один из самых умных американских футурологов, Олвин Тоффлер, еще в 1980 году в бестселлере "Третья волна" пришел к обескураживающему выводу о том, что высочайшие технологии способны полностью уничтожить демократию XX века и ввергнуть планету в эпоху Нового Средневековья. Потерпят крушение старые нации-государства, пав под натиском религиозных, сепаратистских и региональных сил. Прежние индустриальные общества распадутся на мозаику из тысяч человеческих групп и объединений. С умиранием индустриального общества массового производства и стандартизации всего и вся (общества Второй волны) появится множество признаков цивилизации o Первой волны - эпохи аграрно-ремесленной, в которой были крепостные, рабы, феодалы и рабовладельцы. И как будто не было никакой демократии. Тоффлер показывает: развитие компьютеризации, малого производства и новейших технологий тоже приведет к умиранию городов, к децентрализации, появлению возобновляемых источников энергии, к возрождению надомной работы и работы не на рынок, а на себя.
Еще сильнее эти опасения он высказывает в "Метаморфозах власти" 1990 года. Регионы восстанут против своего "центра": вы нас грабите и обделяете вниманием. Националисты и сепаратисты с помощью новейших технологий получат экономическую базу для создания своих микрогосударств, которые не будут зависеть от поставок, скажем, нефти. Обострится борьба между национальными меньшинствами в "лоскутном" обществе США. В глобальной экономике меньшинства и экстремисты всех мастей смогут раскинуть свои сети по всему миру.
"А когда регионы, страны и международные силы борются за. власть, это создает почву для растущего антидемократического экстремизма и насилия".
Когда на место единой массы потребителей со стандартизованными вкусами придет мозаика самых причудливых групп со своеобразными вкусами, то пострадает не только массовое производство. Нет, у этих кусочков "человеческой мозаики" появится такая же масса политических интересов. Умрут политические партии: ведь они были рассчитаны на существование громадных масс людей со стандартными интересами. И если, пишет Тоффлер, в 1932 году Франклин Рузвельт пришел к власти, в общем-то, легко, сколотив коалицию из полудюжины политических групп (городских рабочих, малоимущих фермеров, иммигрантов и интеллектуалов), то уже сегодня приходится собирать коалиции из сотен группировок, каждая из которых весьма изменчива и конфликтует с остальными. Интересы чернокожих гомосексуалистов-каратистов резко расходятся с устремлениями белых гомосексуалистов-либералов, однако в чем-то совпадают с интересами мужененавистниц-феминисток, но всех их терпеть не могут белые техасцы, состоящие в гражданской милиции, которым не по нутру ни черномазые, ни евреи, ни приверженцы однополой любви. Но зато евреи-экологисты поссорились вчера с лесбиянками-правозащитни-цами, которые переметнулись к католикам - противникам абортов, и коалиция потеряла энное число голосов...
В условиях дикой мешанины самых разных групп приходится гробить миллиарды долларов на телевизионную полити-'ческую рекламу. Возрастает нестабильность, огромную роль приобретают организованные и решительные до фанатичности меньшинства, которым плевать на демократические нормы. Вырастает роль мастеров информационных войн и разведок. Воцаряется мир вечных провокаций, управления сознанием, ложных и обманных ходов, инсценированных событий.
В этом хаосе, добавим мы, масса людей высвобождается из умершей индустрии. Эти люди деморализованы, они не могут найти нового места в жизни, кидаясь в консервативную реакцию, национализм, религиозный фанатизм. Они ищут виноватых. Другая часть населения, получив все преимущества новейших технологий и удовлетворив свои насущные нужды, выпускает наружу прежде спавшие страсти: воевать, господствовать, унижать других, разрушать и интриговать. Получится нечто, похожее на события в позднем СССР, когда масса народу, давно позабыв про голод, безработицу и эпидемии, давно находясь на попечении очень милосердного государства, возжелала чего-то острого и необычного, выпустив наружу какие-то самые первобытные разрушительные страсти. Когда вчерашние выпускники советских университетов принялись сажать других людей на кол, жечь их заживо или распиливать на циркулярных пилах.
То же самое ждет и Запад в случае торжества технологий Третьей волны. А к этому добавится еще одно фундаментальное обстоятельство, которое мы описали в "Третьем проекте": появятся технологии такой обоюдоострой, разрушительно-созидательной, запредельной силы, что эти технологии нельзя будет выпускать на свободный рынок. Придется создавать экономику доступа для посвященных, для избранных и подготовленных. А ведь свободный рынок и есть основа старой демократии. Здесь же появятся люди, которые разделятся на сорта по своим правам и обязанностям.
Если же и на Западе развитие психотехнологий приведет к возникновению людей с психическими сверхспособностями (новой расы человека), то распад старых демократических обществ станет и вовсе неизбежным.
"...На протяжении всей известной истории Человечества его достижения лежат, главным образом, в сфере физической технологии, в способности управлять неодушевленным миром, окружающим Человека. Самоконтроль и управление социальными явлениями были оставлены на произвол судьбы или исключительно слабых попыток систем интуитивной этики, основанных на воодушевлении и первичных эмоциях. В итоге не существовало ни одной культуры, стабильность которой превышала бы пятьдесят пять процентов. И все это - результат величайшей ошибки Человечества...
...Огромное большинство человеческих существ, с психологической точки зрения, настроено на то, чтобы принимать участие в приоритетном развитии физических наук, и все они получают за счет этого грубые и осязаемые1 преимущества. Однако все же существует крайне ограниченное меньшинство людей, от рождения способных вести Человечество по пути величайших достижений науки о мышлении, но ценности, получаемые при этом, хотя и более долговечны, гораздо менее очевидны и более тонки. Кроме того, поскольку такая ориентация привела бы к созданию хоть и миролюбивой, но все-таки диктатуры лучших в психологическом плане, то есть фактически - элиты Человечества, это вызвало бы недовольство и возмущение большинства, и такое общество не сможет быть стабильным без применения силы, которая подавляла бы остальное Человечество на грубом уровне. Подобное развитие событий для нас нежелательно, и его следует избегать..."
Это - цитата из знаменитой трилогии "Академия" (или "Основания") Айзека Азимова, написанной в самом начале 1950-х годов. События как раз и примут нежелательный для Азимова оборот, если психотехнологиями завладеют те, кто нынче ведет войну против всего человечества - строители Вечного рейха, новые кочевники. И еще если им достанутся технологии омоложения организма и продления жизни, основанные на использовании человеческих биоматериалов. На фоне этих технологий опыты гитлеровцев в концлагерях покажутся всего лишь невинными забавами.
Словом, Запад начнет испытывать такие распад и расслоение, такие раздирающие его конфликты, что для удержания власти новым кочевникам придется пойти на самые жестокие меры. Раскол на разные миры произойдет и внутри самих стран Запада, и в тех же США в одном и том же городе можно будет увидеть "кусочки Африки", и сверкающие поселения господ из нового мира. История, посаженная на цепь после 1945 года, окончательно с нее сорвется. Да еще так, что люди станут вспоминать 1950-1990-е годы, как лучезарное время рая Божьего на Земле. Может быть, после победы в нынешней мировой войне, новым хозяевам жизни придется пойти на прямое управление психикой подвластного населения.
Наступление Эпохи Перемен чувствуем не только мы. Неокочевники тоже не лишены ни глаз, ни ушей. Не возникнет ли у них соблазна остановить скачки тигра?
"Третий уровень - излучатели психосферного воздействия. По сути, это приборы первого уровня, но большей мощности. Ими облучают большие массы людей, создавая ощущение тревоги и повышая уровень внушаемости. Собственно воздействие осуществляют проповедники, телеведущие и прочие вожаки толпы. Четвертый уровень - оружие глобального, планетарного масштаба. Русский ученый В. Вернадский выдвинул теорию ноосферы - некой энергетической субстанции как продукта мозговой активности человечества, окружающей Землю подобно атмосфере. Оружие четвертого уровня, будь оно создано, способно было бы избирательно поражать отдельные зоны ноосферы, созданные конкретными этносами, нациями или религиями. Представляете? Нажал кнопку - и стер память у китайцев о том, что они китайцы. Или все мусульмане разом забыли про Пророка. Иваны непомнящие, големы, биороботы с девственно чистым сознанием! Миллионноголо-вая биомасса, из которой можно лепить все, что угодно...
...Технофашизм - как единственно возможный путь развития техногенной цивилизации. Коммунизм нам построить не дали, значит, после краха капитализма наступит фашизм - как единственно возможный способ разрешения противоречий XX века. Согласитесь, это же так разумно - иметь расу генетически здоровых господ и биомассу для создания биороботов. И никаких экологических, социальных и прочих проблем. И никаких прав человека, потому что биоробот не осознает себя человеком..."
Это из "Оружия возмездия" Олега Маркеева. Не одни мы видим эту опасность. Да и разве Сергей Переслеган уже не выдвинул предположение о том, что катастрофическое оглупление основной массы американцев - это плод правления сверхразумного меньшинства, наделенного всем арсеналом психотехнологий? Эту мысль высказывают сегодня множество людей, даже незнакомых друг с другом. Не улавливают ли они подспудные, нигде не афишируемые тенденции развития нынешнего мира?
Ну, а каков самый последний итог Пятой мировой войны? Обрисуем его.
Впервые в истории Земли господа и рабы превратятся в две совершенно разные расы. Сегодня на Западе громадные деньги вкладываются в исследования по клонированию живых существ, в генетику, биотехнологии, фармацевтику, пересадку органов и производство заменителей этих органов для человека. Проблему расшифровки геном а человека рассматривали не где-нибудь, а на саммите тысячелетия в Японии в 2000 году, на уровне глав государств западных стран, презрительно отбросив инициативу Путина создать дешевую и безопасную энергетику на быстронейтронных реакторах. Все эти штуки непомерно дороги и недоступны для 99 процентов населения планеты. Да это и не нужно.
Главное - они доступны тому самому проценту, который господствует над финансовыми и информационными потоками планеты, тем самым новым кочевникам, которых мы знаем под именем глобальных спекулянтов, магнатов по управлению сознанием масс и дирижеров войн. После победы в Пятой мировой у них найдутся любые деньги, чтобы улучшить собственные тела и мозги. Они заведут себе подпольные человечьи фермы, где их клоны превратятся в поставщиков органов и препаратов для продления жизни новых кочевников. К их услугам окажутся самые лучшие лекарства и методики, врачи и ученые. Они будут жить дольше и полнокровнее всех остальных землян, для которых чудеса генной инженерии окажутся слишком дорогими. Они дольше смогут сохранять память и живость ума, они смогут совершенствовать свои психические способности.
А еще победители в Пятой мировой создадут новую расу из своих детей. Генетика позволит им производить потомство без малейших изъянов, с заданными свойствами. Белокурых бестий, если так угодно. Они смогут рожать детей с идеально гладкой кожей, с прекрасными волосами и зубами, мускулистых и умных. Все генетические аномалии исправят еще в чреве матери, хотя это и будет стоить целое состояние.
Но этим отпрыскам новых кочевников все остальные люди покажутся отвратительными уродами с массой наследственных дефектов, с неприлично короткой молодостью и примитивным разумом. И они не будут испытывать ни малейших комплексов, управляя миром жестокой рукой. Они сделают свой рейх действительно Вечным. И к их услугам будет весь арсенал современной боевой техники Соединенных Штатов, который уже сегодня позволяет издали избивать целые страны и отбрасывать их в каменный век.
Такова судьба нашей планеты в случае поражения и русских, и всего человечества в войне с новыми кочевниками. И злорадствовать по поводу грядущей гибели старого Запада в итоге описанного процесса вряд ли стоит.
Боимся, что увидеть его доведется только последнему русскому, с тоскою взирающему на закат солнца из вонючего зиндана, с рабским ошейником на шее.
А потому уверены: лучше попытаться направить историю по иному пути.

НАЗАД
СОДЕРЖАНИЕ
ДАЛЕЕ